Интервью в Алмате

Мансур Ташматов: Люблю состояние любви.

Имя Мансура Ташматова, как и сам музыкант, буквально исчезли с музыкального Олимпа во времена великих перемен: на заре 90-х нам всем тогда было не до музыки и зрелищ… Больше думали о суверенности, тотальном дефиците и территории. Прошли годы, страна встряхнулась, окрепла, стал вспоминать доброе, мечтать о новом, а вместе с мечтами и воспоминаниями в культурную столицу стали возвращаться былые кумиры – любимые артисты, музыканты.

…О том, что это некогда модный, очень нестандартный и жутко музыкальный Ташматов говорили только песни из старого репертуара – ни внешность, ни голос (!) не предвещали встречу с советским Бобби Фарелом.  И только фотографии с изображением знаменитой шевелюры и худосочного азиатского стана заставили невольно «петь» его знаменитые хиты – «Сияй, Ташкент, звезда Востока – столица дружбы и тепла!». С тех пор, Мансур Ташматов – частый гость в Алматы, Астане, он – фаворит светских раутов, всегда почетный гость джазовых  фестивалей и уважаемый член жюри международных конкурсов песни в странах СНГ.

- Мы ничего не знаем о Вашем музыкальном начале…

- На самом деле, все тривиально: я вырос в музыкальной семье. По этому поводу даже шутят, что пою я с рождения. Мой отец – народный артист Узбекистана, в жанре фольклорной музыки. В нашем доме, никогда не забуду, часто собирались все звезды – певцы, музыканты, актеры.…  Эта атмосфера в прямом смысле слова, въелась в мое сознание. Из шестерых братьев, еще у меня есть сестра, только я унаследовал путь музыканта, дорогу отца. Хотя с детства я много мастерил, занимался автомоделированием, даже стал чемпионом Узбекистана! И вообще, мечтал о карьере техника-конструктора. Ближе к 16 годам вдруг стали меняться ценности, интересы, меня жутко потянуло к «битлам», к Стиви Уандеру и я вдруг понял, что я хочу служить музыке…

- Правда, что колыбелью вашей карьеры можно считать Алма-Ату?

- …так оно и есть.  Вначале я получал азы музыкального образования в Ташкенте – театральное училище, консерватория, а вот в начале 1977 года я был в Алма-Ате на региональном отборочном туре одного из телевизионных советских конкурсов.  Это событие я считаю переломным, судьбоносным в своем творческом пути. Первые выступления за пределами республики, мое первое признание! Больше всякого комплимента для меня было то, что на репетиции во Дворце Ленина (Дворец Республики -  авт.) звукорежиссеры предложили мне петь в микрофон, в который пела … «только Роза Рымбаева», она уже тогда была признана в Казахстане, как обладательница «Золотого Орфея-76»!

- А «Золотой Орфей» в 1978 году завоевали Вы?

- Я занял первое место. Тот год был очень результативный – «С песней по жизни», «Золотой Орфей», я получил очень престижную премию Ленинского комсомола, познакомился с Розой Рымбаевой, Нагимой Ескалиевой, Стасом Наминым и многими другими популярными и очень известными музыкантами.  С тех пор творческие пути идут параллельно. Мы общаемся до сих пор.

- Но службы в Армии Вам не удалось избежать?

- А я и не старался ее избегать, мой отец считал, что каждый мужчина должен пройти армейскую школу, именно так думали мы с братьями. Поэтому я честно отслужил  и только в 1982 году я вернулся на сцену. С тех пор я живу и работаю в Узбекистане, руковожу Эстрадно-симфоническим оркестром имени Батыра Закирова, джаз-бэндом «Джазирама»,  преподаю в консерватории, веду телевизионную шоу-программу, продюсирую проекты с участием молодых и талантливых певцов.

- Многие зрители, не узнав  сразу, особенно когда Вы поете на исключительном английском, убеждены, что Вы – зарубежный певец, гость с Италии, или США…

- Возможно, песни в моем исполнении дают людям основание так предполагать. Ведь я пою очень многое из репертуара Тома Джонса, Фрэнка Синатры, Луи Армстронга…

- … Ну и внешне Вы, мягко говоря, совсем не узбек…, скорее гастролер с Лазурного берега …

- (смеется),  я, порой, сам удивляюсь, как сильно изменился мой имидж: нет кудрявой копны на голове, в весе прибавил… Но в целом, я доволен своим образом и чувствую себя вполне гармоничным человеком.

- …гармония предполагает чувства…

- Много лет я прожил в браке с любимой женщиной. У меня  замечательные дочери и уже один внук! К сожалению, мы расстались с женой и вот уже 10 лет, как я пополнил ряды холостяков. Сообща мы решаем вопросы детей, общаемся в дружеском тоне и не держим друг на друга обиды.

- И у такого роскошного во всех смыслах мужчины свободно сердце?

- Не стану лукавить, как и любой артист, я люблю женщин, люблю их внимание и не меньше  мне нравится отдавать свои чувства, свое время.… Без этого состояния, я уверен, невозможно творить, создавать, петь. Состояние любви подвигает на духовные подвиги артиста – хочется петь так, как будто в последний раз. И если влюбляюсь, то ощущаю себя совсем юным мальчишкой. И, признаться, я очень люблю это состояние.

- Как Вам удалось не потерять своего лица в жестком сегодняшнем мире шоу-бизнеса: приоритеты в деньгах, альбомы штампуются, статисты поют за артистов…

- Для меня всегда было важно заниматься любимым делом и с полной отдачей.
 Я никогда не жалел себя, не пытался щадить свое время, свои знания, наоборот – отдавал. Потом, трепетно относился к зрительской  оценке  и к слову коллег-музыкантов, меньше всего меня интересовало мнение советского правительства. В те годы было очень престижно выступать на различных отчетных концертах, но я не делал из этого культа. Приглашали – выступал, так же ответственно,  как и на любой другой сцене для самого широкого круга зрителей. Вполне уверен, что это свойственно не только мне, а очень многим нормальным и современным людям.

Справка:
Мансур Ташматов, народный артист Узбекистана, доцент Узбекской Государственной Консерватории, руководитель Эстрадно симфонического оркестра им. Батыра Закирова, художественный руководитель и продюсер джаз-бэнда «Джазирама», певец, композитор, продюсер.

Дана Орманбаева